Многие спрашивают: откуда такая редкая фамилия: Юнеман?

Немецкие колонисты. Гравюра

Всё просто. Мои предки по отцовской линии — поволжские немцы, сосланные в Казахскую ССР. Отсюда и фамилия. По матери мои предки — сибирские казаки Гавриловы, жившие на территории нынешнего северного Казахстана. В моей семье всегда знали и чтили историю рода.
На личном сайте я решил подробно рассказать о своей родословной.

1767

Из Пруссии — на Волгу

Карта немецких колоний в Поволжье

История моей семьи доподлинно известна с 1767 года, когда молодой немец Иоганн-Генрих Юнеман выехал на небольшой повозке из родной Пруссии. Его путь лежал в далёкую снежную Россию.
В те годы европейские земли были разорены Семилетней войной, и русская императрица Екатерина II пригласила немцев осваивать территории вдоль Волги — нужно было срочно заселять пустующие земли и оттеснять оттуда кочевников.  
Вместе с другими переселенцами Иоганн-Генрих Юнеман основал на территории нынешней Саратовской области колонию Цюрих. Сегодня мы знаем её как село Зоркино Марксовского района.
С тех пор Юнеманы мирно жили в Поволжье и верно служили Российской Империи. Они посвятили себя земледелию и были известны как пунктуальные, аккуратные и трудолюбивые люди.

1854

Подвиг пастора

Церковь в селе Зоркино (колония Цюрих)

Самая известная семейная история — о лютеранском пасторе Мартине Эрфурте. Это мой предок, который жил ещё в первой половине XIX века.
В сентябре 1854 года на село Орловское, где он служил в церкви, налетели киргиз-кайсаки — в те времена немецкие колонии на Волге служили стеной, принимавшей удары кочевников. Степняки разграбили и сожгли дома, убили всех жителей, а самого пастора вывели и заставили отречься от христианской веры. Он знал о жестокости кочевников, но крест снять отказался. Налётчики подвергли его зверской расправе, а из его кожи сделали ремни. 
Потомки Мартина сочинили балладу о его мученическом подвиге. Для всего нашего рода Мартин Эрфурт стал примером мужества и твёрдости характера. Никогда не предавать свои убеждения — это принцип, ставший семейным.

1931

Ссылка предков в Казахстан

Прапрадед и прапрабабка по линии Юнеманов

Большинство поволжских немцев репрессировали в 1941 году, после начала Великой Отечественной войны. Но моих предков вывезли в Казахстан на десять лет раньше — не по национальной линии, а по классовой.
Семья Юнеманов занималась земледелием. В 1931 году моих предков объявили кулаками и сослали в Карагандинскую область. Они не были богатыми людьми, но благодаря трудолюбию и пунктуальности жили не бедно: имели запасы, держали скот. За это их и репрессировали.  
Навыки работы на земле помогли и в ссылке. Благодаря своим знаниям прадед Яков Юнеман стал сначала председателем, а затем и главным агрономом колхоза им. Ворошилова. Он поднимал сельское хозяйство в молодой казахской республике, как когда-то первые Юнеманы поднимали земледелие в Поволжье.
А уже его сын, мой дед, переехал в город. Он смог получить неплохое образование и стал известным врачом, кандидатом медицинских наук, пионером спинальной неврологии в Казахской ССР.

1980-e

Мои родители

Свадьба матери и отца

Мой отец Александр Юнеман пошёл по стопам деда и тоже стал врачом. Он окончил Карагандинский медицинский институт, работал фтизиатром и андрологом.
В середине 80-х годов он познакомился с моей мамой Ларисой Гавриловой. По образованию она инженер-проектировщик, окончила Красноярскую архитектурно-строительную академию, принимала участие в строительстве Канско-Ачинского топливно-энергетического комплекса.
Предки по маминой линии Гавриловых — казаки из села Лебяжье. Сейчас это Северный Казахстан, но исторически это были земли сибирских казаков на границе Российской Империи и казахских степей.
Мой прадед по матери, Илья Матвеевич Гаврилов, был зенитчиком, участвовал в битве под Москвой. Он погиб в 1942 году в лагере для военнопленных Шталаг. Его сыну, моему деду, было тогда всего три года.

1990-е

Переезд в Германию и обратно

Я и отец

В 1991 году в стране начиналась новая жизнь, и мои родители решили перебраться в Германию. Там, в городке Даттельн, я и появился на свет в 1995 году.
Но жизнь в эмиграции оказалась не для них. Мои родители были русскими, а немцы оказались для них чужими людьми — несмотря на корни отца и все эти романтические семейные истории про повозку, выезжающую из Пруссии. Уже через год после моего рождения семья вернулась обратно в Караганду, домой.
Но и Казахстан после перестройки стал совсем другим. Это была уже не та страна, из которой они когда-то уезжали.
Когда мне исполнилось 18 лет, я приехал в Москву и поступил в Высшую школу экономики.

Так началась уже моя история.